Мемориальный музей-заповедник
истории политических репрессий «Пермь-36»
Государственное бюджетное учреждение культуры Пермского края

Версия для слабовидящих

Версия для слабовидящих


Научная деятельность

05.06.2019

Сложные вопросы истории в экспозиционно-выставочной работе Мемориального музея истории политических репрессий

Опубликовано: «Трудное наследие» российской истории в экспозиционно-выставочной деятельности музеев: Межрегиональный научный семинар в рамках заседания Научного совета исторических и краеведческих музеев РФ. Рязань, 2019. С.184-190

С.А. Шевырин

Сложные вопросы истории в экспозиционно-выставочной работе

Мемориального музея истории политических репрессий

Мемориальный музей истории политических репрессий «Пермь-36» создан на месте бывшей исправительно-трудовой колонии. Эта колония возникла еще в сталинские времена - в 1946 году. Около 1000 заключенных должны были заготовлять и сплавлять лес. В 1972 году колония получила название ВС 389/36 или «Пермь-36» и приняла первых политических заключенных. Среди узников пермских политлагерей были авторы и распространители антикоммунистической литературы, участники правозащитных групп, религиозных, национальных и других организаций - Владимир Буковский, Сергей Ковалев, Анатолий Марченко, Юрий Орлов, Василий Стус, Натан Щаранский, Глеб Якунин и другие. В 1980 году при ИТК ВС 389\36 был создан участок особого режима для «особо опасных государственных преступников». Из трех политлагерей, существовавших на то время на территории Пермской области, этот участок был самым жестким – заключенные содержались только в камерах за двойными металлическими дверями. Лагерь «Пермь-36» был закрыт в 1988 году.

Благодаря усилиям общественности на месте заброшенной колонии ВС 389/36 был создан музей. На территории лагеря сохранились уникальные постройки сталинского времени – барак, баня, постройки времен политической зоны – барак особого режима с тесными камерами, маленькими прогулочными двориками, штрафной изолятор. Таким образом, имеющиеся артефакты могут наглядно рассказать и о ГУЛАГе и о послесталинских политических репрессиях. Экспозиции и выставки музея истории политических репрессий «Пермь-36», дополняя главные экспонаты музея – здания и постройки бывшей политической колонии, раскрывают историю репрессий, ГУЛАГа, пермских лагерей и колоний советского времени.

Все экспозиции и выставки музея говорят о сложных, негативных моментах нашей истории, о которых многие просто хотят забыть или сделать вид, что этого никогда не было. Задача музея – сохранить память о репрессиях, ГУЛАГе, миллионах заключенных, многие из которых находились в исправительно-трудовых лагерях по сфабрикованным, вымышленным «делам». Немецкий философ и историк Карл Ясперса, переживший ужасы нацизма писал о сложных моментах истории: «То, что произошло, - предупреждение. Забыть - значит принять на себя вину. Надо все время напоминать о прошлом. Оно было, оказалось возможным, и эта возможность остается. Лишь знание способно предотвратить ее»[1].

Мемориальный музей истории политических репрессий проблемные, сложные вопросы истории раскрывает с помощью документально подтвержденных данных. В частности в своей экспозиционно-выставочной деятельности музей тесно сотрудничает с архивами. Так, архивно-следственные дела ЧК, ОГПУ, НКВД и МВД, хранящиеся в Пермском государственном архиве социально-политической истории (ПермГАСПИ), позволяют наполнить живым содержанием экспозиции, выставки и аудиовизуальные программы музея.

В фондах ПермГАСПИ хранятся тысячи документов, раскрывающих трагические судьбы наших земляков. Раскрытие важных моментов той эпохи наиболее доступно и аттрактивно через судьбы людей. Причем людей простых, часто живших совсем недалеко, для многих даже на соседней улице. Такая подача исторического материала позволяет максимально углубиться в изучаемую эпоху, углубиться через сопереживание к конкретному человеку. Почувствовать, прикоснуться к тому времени через подлинные документы, фотографии, судьбы.

Одним из первых опытов сотрудничества музея и архива стала передвижная выставка «Прикамье. Репрессии. 30-50-е годы», созданная в январе 2000 г. Архивные документы и фотографии рассказывали о судьбах репрессированных пермяков, о пермских «островах ГУЛАГа». Выставка была построена в хронологическом порядке и отображала основные вехи истории репрессий на материалах Пермского края. За семь лет активной эксплуатации выставка экспонировалась в сотнях школ Пермского края, объехав большинство его районов. Только за первые три года выставку увидели 25 тысяч человек. Школьники г. Добрянка в 2001 г. написали в журнале отзывов: «Нам кажется, что все репрессии от нас далеко. Но, смотря на эти фотографии и фильм, осознаешь, что это совсем близко нас касается. Все это очень страшно. Все должны знать это и видеть, чтобы не повторять ошибок прошлого»[2].

Летом 2003 годы была открыта крупная экспозиция «ГУЛАГ, история, труд и быт». Эта экспозиция разместилась в одном из залов бывшего барака для заключенных, построенного еще в сталинское время. Экспозиция раскрывает историю исправительно-трудовых лагерей Советского Союза – от первых концлагерей 1918 года, в том числе пермских, Соловецкого лагеря особого назначения к огромной, охватывающей многие отрасли народного хозяйства системе трудовых лагерей. Среди уникальных экспонатов, представленных в экспозиции – чудом сохранившихся деревянных нар, одежды и обуви заключенного, всегда обращают на себя внимание стенды с документами из рассекреченных дел НКВД. Эти следственные дела рассказывают посетителю за что мог человек в то время попасть на долгие годы в невероятно тяжелые лагерные условия жизни и труда. К примеру, ученый-гидрограф, изобретатель, морской офицер Д.Ф. Котельников, участник Первой мировой войны был обвинен в том, что служил в армии Колчака. В колчаковской армии Котельников занимал должность директора маяков и лоций, должность скорее не военную, а научная. В деле имеются доносы, где сослуживцы пишут о том, что он не любил Советскую власть и даже однажды пришел с царскими орденами, надетыми на красноармейскую морскую форму. В 1930 г. Котельников был арестован и осужден на десять лет за антисоветскую пропаганду и агитацию, отправлен на Беломоро-Балтийский канал[3].

Материалы, содержащиеся в архивно-следственных делах, раскрывают картину также быта, взаимоотношений администрации и заключенных в лагерях и колониях, располагавшихся на территории с

современного Пермского края. Среди дел, хранящихся в ПермГАСПИ, имеется более 1500 на заключенных лагерей и колоний. Так, прибывшие в 1930 г. в Вишерский лагерь заключенные отказались работать, мотивируя это тем, что «…они осуждены к отбытию наказания в исправдоме не работать, а сидеть, а потому работать категорически отказываются». Некоторые заявляли, что «работать на власть антихриста они не будут»[1].

Осенью 1941 г. в г. Молотов судили 24 женщины – заключенных ОЛП №1 по обвинению в саботаже: они систематически не выходили на работу. На суде все они заявили, что им нечего было надеть – «постирано и не высохло», «у меня нет одежды в чем бы я могла работать. В другом подобном деле 1943 г. приведен арматурный список вещдовольствия женщины-заключенной[2]:

Наименование

Штук

Срок службы (годы)

Шапка

1

1

Телогрейка

1

1

Брюки ватные

1

2

Брюки летние

1

2

Рубаха нательная

1

2

Трусы

1

2

Юбка

1

2

Платье

1

2

Кофта

1

2

Осенью 2016 г. в музее была открыта выставка «Долгое возвращение», посвященная реабилитации жертв репрессий. Было рассказано о том непростом пути, который прошли жертвы репрессий к своей реабилитации - от признания что власть может ошибаться, до понимания преступных действий власти. В работе над выставкой использовалась уникальная база данных на репрессированных жителях Пермского края, которая наглядно показала динамику арестов и освобождений с пиком арестов в 1937 г.

В конце 1938 года аресты идут на убыль и начинаются освобождения. Власть признает, что эти люди арестованы и репрессированы ни за что – без состава преступления. Но, это еще не реабилитация. Освобожденные дают подписку о неразглашении и часто молчат об аресте и методах ведения упрощенного следствия всю жизнь.

Особой экспозиционной выразительностью обладают письма родственников репрессированных с просьбой сообщить о судьбе своих родных. Так, например, П.Е. Атемьева в 1958 году все еще ждет своих расстрелянных еще в 1937 году сыновей: «В 1937 году два моих сына по неизвестной мне причине в августе месяце были арестованы и осуждены на 10 лет без права переписки со своей семьей. … Я, как мать, прожившая 80 лет, прошу разыскать сыновей. Из всей семьи осталась одна я и дочь 60 лет. Теперь не имею никакой материальной поддержки, никто не оказывает помощи»[3].

В мае 2017 года была открыта – «Вещдок». Вещественные доказательства - молитвенник, портрет императора, записку или письмо с критикой советской власти, книги и брошюры, где упоминались еще недавние лидеры государства – Троцкий, Зиновьев, Каменев и др. Несколько архивно-следственных дел были связаны с изображениями видных деятелей партии и государства: одни портреты были разорваны, другие - исчерканы, проткнуты. Например, портрет И.В. Сталина в журнале «Огонек», изорванный Л.П. Южаковой из-за того, что по ее словам: «Все дорого купить, одеть нечего – вот ведь до чего довел наш правитель…». За это действие Линейный суд Пермской железной дороги приговорил ее к 10 годам заключения.

Достаточно частым основанием для ареста становились критические высказывания граждан в адрес государства, власти, правительства. Эти высказывания могли быть в виде песен и частушек, анекдотов, листовок.

«Мы колхозники, трудимся и работаем,

А хлеба нет, кормиться нечем.

Нет виновников,

Если колхозник не обеспечен.

Неужели голод скосит?

Председатель хлеб не просит.

Он не пишет никуда,

Его семья, видно, сыта…».

За эти стихи Н.В. Леканов в сентябре 1937 года был приговорен тройкой при УНКВД Свердловской области к расстрелу. В вину ему ставилась – «махровая контрреволюционная пропаганда»[4].

Все дела, основанные на подобных уликах и «вещдоках» после XX съезда партии, осудившего массовые репрессии, были пересмотрены и получили завершение в виде реабилитирующего постановления с пометкой «за отсутствием состава преступления».

Еще один аспект раскрытия эпохи репрессий и террора через судьбы людей заключается в том, что в рассказ вносятся положительные моменты для восприятия отечественной истории – ведь многие наши соотечественники сумели сохранить, несмотря на страшные испытания, человеческое достоинство, мужество, честь. Школьница из села Верхнее-Калино, посмотрев выставку и слайдфильм, написала: «Я горжусь теми людьми, которые вынесли годы мучений и страданий, которые не сломались. Это трогает до слез. Вы храните нашу историю»[5].

Благодаря продуктивному сотрудничеству Мемориального музея политических репрессий «Пермь-36» и Пермского государственного архива социально-политической истории создаются очень интересные, документально обоснованные, и в то же время эмоционально наполненные выставки и экспозиции, слайд- и видеофильмы. Эти выставки и экспозиции, говоря о самых острых проблемах ХХ века, не позволяют забыть прошлые ошибки и способствуют формированию нового гражданского общества с демократическими идеалами.




[1] ПермГАСПИ. Ф.642/1.Оп.1.Д.12820. Л. 4-5об.


[2] ПермГАСПИ. Ф.643/2. Оп.1. Д.86097. Л.17.


[3] ПермГАСПИ. Ф.641/1. Оп.1. Д.14313. Л.3 с об.


[4] ПермГАСПИ. Ф.643/2. Оп.1. Д.26660.


[5] Книга отзывов мемориального музея «Пермь-36». Рукопись.






[1] Ясперс К. Смысл и назначение истории. М.: Республика, 1994. С.163.


[2] Книга отзывов Мемориального музея «Пермь-36». Рукопись.


[3] ПермГАСПИ. Ф.641. Оп.1. Д.33076






Страница находится в разработке.